Возрождение интереса к авторской работе

Бюстье от Сары Бертон напоминает по форме голову совы. Позолоченные соломенные обереги сделаны из металлизированной нити, позумента и стекляруса (2010).

Холли Фултон противопоставляет однотонный цвет графическому шахматному рисунку, отделанному кристаллами. Морская коллекция (2012).

 Оливье Рустан украсил облегающее белое платье от Balmain жемчугом и кристаллами (2012). Замысловатый узор вызывает в памяти яйца Фаберже.

В 1990-е гг. изделия ручной работы постепенно переживали глобальное возрождение под влиянием векового мастерства в сочетании с новыми возможностями цифровой революции в текстильном производстве, иногда называемом «технологии от кутюр». Очагом такого возрождения стал Париж, где ателье ручной работы существовали под эгидой Профсоюза Высокой Моды — ассоциации, которой на протяжении более ста лет было дано право определять, кому суждено представлять от кутюр. Цепь поставок от кутюр распространялась на все ниши производства, которые могли похвастаться эксклюзивными навыками и методами производства предметов роскоши, а традиции высококлассного производства и декоративной отделки на протяжении многих лет «подпитывали» склонность к расточительству по всему миру.

Сегодня новейшие технологии позволяют осуществлять неслыханную гибридизацию методов, в которых власть цифровых систем — графического и трикотажного дизайна, разработанного ведущим производителем автоматических вязальных машин Shima Seiki, — порождает сложные субстраты для дальнейшего применения ручных навыков. Стремление к возвышению обычных изделий до планки высокой моды привело к возрождению интереса к авторскому искусству. Такое благоговение перед авторскими работами нашло отражение и в коллекциях прет-а-порте таких дизайнерских брендов, таких как основанного в 2005 г. Rodarte (с. 492). Невероятные изделия этого лейбла практически всегда отделаны вручную.

В 21 веке дизайнеры воспользовались цифровыми системами для производства материалов, о которых раньше нельзя было и мечтать. Они обладали настолько передовыми качествами, что становились фирменной карточкой их коллекций. Цифровая обработка принтов и вышивка у таких дизайнеров, как Erdem (род. 1977; с. 496), Холли Фултон (род. 1977) и Мэри Катрантзу (род. 1983), демонстрировала усовершенствованные навыки, которые снискали бы восхищение и в любой другой области индустрии. Жизнерадостная, наивная графика, принявшая очертания изделий, а затем отделанная Фултон, выглядит особенно привлекательно за счет наложения твердых фрагментов (справа). Многослойные творения Сары Бертон (род. 1974) для Александра Маккуина выглядели весьма интригующе за счет присутствия природных компонентов. Способность Бертон эксплуатировать сюрреалистические свойства дорогих материалов и поверхностей — металлизированный лиф, увенчанный искусственными соломенными оберегами, юбка из экзотических перьев (напротив) — служит своего рода аллегорией к маскарадам эпохи короля Якова.

Не менее роскошные, но более сдержанные творения французского дизайнера Оливье Рустана (род. 1986), креативного директора дома мод Balmain, отличаются неумеренной поверхностной отделкой в осенней коллекции 2012 года (внизу справа). Затмив Фаберже жемчужными инкрустациями в стиле барокко, он разбавил формальность, добавив более небрежные детали в этот «костюм матадора». Ручная вышивка достигла планки королевского ювелирного мастерства; вместе с тем в этой же коллекции использована лазерная вырезка для создания филиграней в коже, которые соединены строчкой или связаны, дабы оттенить кожаную обшивку. Такой эффект по своей насыщенности и тонкости можно сравнить с работой серебряных дел мастера, а благодаря графической точности изделие выглядит современно и даже небрежно за счет молний в стиле косухи.

Аналогичным образом, в коллекциях шотландского дизайнера Кристофера Кейна (род. 1982; с. 494) встречаются радикальные неоматериалы, от окрашенных жидкостей, заключенных в гелевый пластик, до кожи, разрезанной лазером в кружево. Такое стремление к объединению цифровых технологий и навыков авторской работы стало повсеместным, и вполне логично, что в результате визуального насыщения современной графической культуры и интернет-торговли отсутствие декоративной отделки уже не вызывает никакого интереса.